Подписывайтесь на наши соцсети

  • Facebook
  • Одноклассники Social Иконка
  • Vkontakte Social Иконка
  • YouTube

© 2013-2019 Ольга Панюшкина. Все права защищены

«Приятно, когда говорят, что я представитель эстрады советских времен»

1 декабря в Театре Луны певица Ольга Панюшкина и ее «Маленький оркестр» представят новую концертную программу «Триптих» и сингл «Вишня-Черешня», предшествующий выходу нового альбома с одноименным названием. Ольга Панюшкина ответила на вопросы корреспондента «Известий».

— В вашей презентационной программе заявлены сразу несколько направлений — босанова, романс и фолк. Как всё сложилось в такой необычный стилистический букет?

— Букет исключительно авторский. Я пишу в разных жанрах. И так получилось, что в концертах закрепились эти три направления. Правда, бывает, что весь концерт я исполняю только мои романсы, в другой раз звучат авторские блюзы, босановы и баллады. Для грядущего концерта программу я составила так, что прозвучит из разного понемногу. Уже не терпится спеть. Непередаваемое ощущение, когда чувствуешь кураж и хочется скорее выбежать на сцену. Говорят, что, когда мне было два года, а мой папа пел в художественной самодеятельности, я вырывалась из маминых рук и карабкалась на сцену после каждого концертного номера с криком: «А теперь я!».

— Вы окончили Академию имени Гнесиных как дирижер народного хора, потом изучали китайский язык на Тайване. Переводчики с китайского среди музыкантов встречаются не так часто, разве что Ильи Лагутенко. Китайские ритмы пульсируют в вас?

— Изучение китайского внесло свою лепту. Когда я вернулась после двухлетнего проживания на Тайване и плотного изучения китайского языка в Тамканском университете, моя подруга, услышав мою новую песню, воскликнула: «Учи дальше китайский язык. Ты стала писать в рифму!». Мои ранние песни — это блюзы с белым стихом. Китайский язык тональный, даже голос стал звучать лучше. Изучение китайского языка и каллиграфии в моем случае отложилось на рифмах. Да и вообще, я стала другой. После Тайваня я себе нравлюсь больше (смеется). 

— Вы миновали продюсеров, досужие советы и сконцентрировались на жанре, максимально приближенном к авторской песне и советской эстраде.

— Хочешь сделать хорошо, сделай сам, да и опыт работы позволяет. Приятно, когда говорят, что я представитель эстрады советских времен. Я всегда ощущала своими учителями Клавдию Шульженко, Леонида Утёсова, Марка Бернеса, Майю Кристалинскую, Людмилу Гурченко. На втором курсе Гнесинки решила поступить на второй факультет и учиться параллельно. 

В тот момент как раз Алла Баянова вернулась в Россию и к себе в класс взяла только меня. Я ходила и не дышала от счастья. Но эстрадный факультет был только заочный, Алла Николаевна уже гастролировала по России, и времени на преподавание у нее не было. Я страшно переживала.

— Пара попыток записать крепкие поп-хиты «Новый год» и «Без зонта» у вас были, но вы быстро сконцентрировались на куда менее популярном направлении.

 

— Эти песни вошли в альбом, который мы выпустим в следующем году, а сейчас он в работе на студии Андрея Старкова в театре «Содружество актеров Таганки». Первый альбом — диск авторских романсов «А что такое звук души?..».  А тот, который мы представляем сегодня, альбом «Вишня-Черешня» радиоведущий Дмитрий Широков назвал «новой городской песней». Хотя я употребляю выражение «авторский фолк». 

Песни записаны акустическим составом: гитары, скрипка, контрабас, перкуссия, но здесь я побаиваюсь, что они будут восприняты как поп-музыка. Один мой знакомый, послушав материал из босанов, баллад и блюзов с диска «Без зонта», заключил: «У тебя на диске только один хит, а все остальные просто очень популярные песни».

Попытки записать поп-хиты были скорее поиском верного саунда для меня. Опыт работы в студии показал, что у меня прозрачный, акварельный голос и любые электронные инструменты для него зло. Мне показаны контрабас, а не бас-гитара, электроакустика, а не электрогитара. Ну а что до профессионального шоу-бизнеса — мне не очень понятна даже его терминология. Все эти вопросы: «Ваш зрительский сегмент?», «Ваша фокус-группа?»...

— Вы работали на студии продюсера Олега Нестерова, а он, даже не участвуя в процессе, всегда следит за тем, что происходит. Ваши песни он заметил?

— Я думаю, Олег не слышал, что мы «натворили». Во всяком случае, я об этом ничего не знаю. Я не слишком роковая певица, как выяснилось после сотрудничества с его музыкантами. Моя песня «Мальчишки СССР» звучит, конечно, забойно, но не до такой же степени.

— У вас есть композиция «Капитанский блюз», совмещающая как роковые стихи, так и «роковое» начало. Вас явно влечет и в эту сторону.

— Эта песня войдет в пластинку, которую мы закончим в следующем году. Есть и другие блюзы. Я радуюсь любой песне. Недавно вдруг написалась фолковая «Полынь» на стихи Роберта Рождественского. Приятно, что и жене, и дочерям поэта понравилось. 

— Вы играете в залах, рассчитанных в основном на «тихую» публику — Дом журналиста, Театр Луны. 

— Публика моя самая разная — есть зрители, которые не пропускают ни одного концерта, есть те, кто появился недавно. Моей публике от 5 до 85. А домжур был выбран как приятная площадка с небольшим залом. Никакие другие площадки не смогут позволить мне собрать вместе всех моих зрителей.

— Шоу-бизнес и FM-станции ваши хиты игнорируют, но ваша песня будет звучать в одном из новогодних фильмов.

— Да, песню «Новый год» в обход всех эфиров взяли в саундтрек к фильму «Новогодний папа» режиссера Андрея Красавина. Премьера в 2015 году, в новогодние каникулы. Песню в интернете услышал продюсер, прислал мне сценарий — и закрутилось. Говорят, что мои песни кинематографичны и подойдут любому доброму фильму о любви. Ну а так как любовь везде присутствует, значит, какое кино ни начни снимать, там моя песня и пригодится (смеется).

Алексей Певчев 

источник